+7 (985) 907-06-05

Карта сайта

В предыдущей главе мы неоднократно рассматривали ситуации, когда родственники супругов заявляли требования о признании за ними права на недвижимое имущество, являвшееся общей совместной собственностью супругов, по тем основаниям, что эта недвижимость приобреталась за счет принадлежащих этим родственникам денежных средств.

Такие случаи не редкость, многие родители действительно участвуют в приобретении недвижимости для молодых семей, при этом каких-либо долговых расписок с молодоженов не берут.

Схожие ситуации возникают в отношениях между гражданскими супругами, которые, основываясь исключительно на доверии друг к другу, создают или улучшают недвижимое имущество, принадлежащее одному из них.

Прекращение отношений и отказ владеющего имуществом гражданского супруга или бывшего родственника каким-либо образом компенсировать вложенные средства и силы, приводят затративших денежные средства граждан в суд с требованиями о признании за ними прав на долю в праве собственности на недвижимое имущество, соразмерную их вложениям.

Несмотря на то, что такие споры широко распространены, судебная практика по ним достаточно однообразна.

Сразу же отметим, что к отношениям, возникающим между гражданскими супругами, СК РФ не применим. Если для признания за супругом, находившимся в официально зарегистрированном браке, права на долю в собственности на недвижимое имущество, приобретенное в период брака и оформленное на другого супруга, достаточно подтверждения факта его нахождения в зарегистрированном браке, то супругу, находившемуся в гражданском браке, установления факта совместного проживания в период приобретения недвижимости на другого гражданского супруга недостаточно.

20.02.2008 Белозерский районный суд Вологодской области, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Б. к С. о признании права собственности, установил, что Б. и Л. совместно проживали в квартире, собственником которой являлся Л., состояли в фактических брачных отношениях с 1993 г. до 12.07.2007, вели общее хозяйство. Брак был зарегистрирован 13.03.2007.

В период совместного проживания с Б. Л. был приобретен земельный участок с жилым домом и постройками, домашнее имущество в указанный дом и в квартиру на общую сумму 186 205 руб.

12.07.2007 Л. умер. При жизни им было составлено завещание, по которому земельный участок и расположенный на нем жилой дом, предметы обычной домашней обстановки и обихода в квартире были завещаны С.

Б. обратилась в суд с иском к С. о признании права собственности на 1/2 доли земельного участка и жилого дома, предметы домашней обстановки и обихода, находившиеся в доме, на сумму 24 027 руб., предметы домашней обстановки и обихода, находившиеся в квартире, на сумму 66 472 руб. Б. утверждала, что 1/2 доля всего имущества, приобретенного в период совместного проживания со Л., принадлежала ей, поскольку имущество приобреталось на совместные средства.

В судебном заседании истица Б. пояснила суду, что с 1993 по 2002 г. она работала, получаемая ею заработная плата вносилась в общий бюджет, с 1999 г. она участвовала в бизнесе Л., не получая заработную плату и тем самым вносила свой вклад в получение доходов Л.

Ответчица С. исковые требования не признала, суду пояснила, что Л. приходился ей отцом. Б. с 1993 г. до дня смерти Л. проживала в его квартире, прописана там не была. Все указанное в исковом заявлении имущество было приобретено Л. до заключения брака с Б. на его личные средства.

Свидетели З. и Т. показали, что Л. привел Б. в свою квартиру в качестве жены. С ними вместе жили сын и мать Л. В квартире Л. и Б. делали ремонт, покупали мебель. Брак между ними зарегистрирован не был, но они вели совместное хозяйство.

Свидетель К. показала, что осенью 2003 г. Л. и Б. купили дом по соседству с их домом. Она воспринимала их как мужа и жену. Б. в доме вела себя как хозяйка.

Свидетели П. и К-в показали, что они работали в мастерской по изготовлению мебели, принадлежавшей Л. В процессе работы Л. и Б. общались как муж и жена, отношения были семейные. Когда Л. заболел, Б. взяла бизнес в свои руки — вела отчетность, платила налоги.

Свидетель Л-в (сын Л.) пояснил, что Б. знал с 1993 г., когда отец стал с ней жить у них в квартире. Б. вела хозяйство, готовила еду, отец с Б. жили как муж и жена. У отца была своя мебельная мастерская, где Б. со временем и стала работать — принимать заказы на мебель. В период совместного проживания Л. и Б. приобреталась бытовая техника, мебель для квартиры изготовляли в своей мастерской, в чем Л-в тоже принимал участие. Все приобреталось для общего пользования. На чьи средства — Л-ву было неизвестно. В 2003 г. был куплен дом в деревне, где Л. и Б. совместно отдыхали.

Суд, заслушав показания сторон, свидетелей, исследовав материалы дела, не нашел оснований для удовлетворения иска в пределах заявленных требований.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Право собственности на земельный участок и жилой дом принадлежало Л. на основании договора купли-продажи от 18.08.2004 и свидетельства о государственной регистрации права от 22.09.2004, и он значится единственным собственником. Б. в этих документах сособственником названа не была, в связи с чем земельный участок и жилой дом могли быть признаны общей собственностью лишь в случае, если бы было доказано, что между Л. и Б. была достигнута договоренность о совместной покупке земельного участка с жилым домом и в этих целях Б. вкладывала свои средства в их приобретение. При рассмотрении дела Б. не представила доказательств приобретения недвижимости в совместную собственность, а также доказательств того, что она вкладывала свои личные средства в приобретенное имущество.

Доводы истицы и ее представителя о том, что в период с 1993 по 2001 г. Б. получала заработную плату, которую вкладывала в общий бюджет, и, следовательно, в приобретенное Л. имущество, суд счел несостоятельными, поскольку само по себе получение дохода не является достаточным основанием для возникновения общей собственности на имущество.

Б. не была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, ее деятельность в мебельной мастерской Л. в качестве наемного работника не влекла возникновение «совместного бизнеса» и соответственно права собственности на часть имущества работодателя. Каких-либо доказательств о том, что неполученная ею заработная плата вкладывалась в приобретаемое Л. имущество, суду представлено не было.

Таким образом, отсутствие договора о создании общей или долевой собственности в порядке ст. 244 ГК РФ либо доказательств, подтверждающих с достоверностью сумму вложенных в приобретение имущества средств, не влечет перехода права собственности другому лицу лишь на основании факта совместного проживания и ведения общего хозяйства, на который ссылалась истица, а законный режим имущества супругов (ст. 33, 34 СК РФ) к отношениям сожительства неприменим.

В связи с вышеизложенным у суда не имелось оснований для признания за Б. права собственности на 1/2 долю земельного участка с жилым домом, предметы домашней обстановки и обихода, находящиеся в данном доме и в квартире  (решение Белозерского районного суда Вологодской области от 20.02.2008).

 

Итак, для признания за гражданином права собственности на недвижимое имущество, принадлежащее другому лицу, суды требуют представления надлежащих доказательств вложения этим гражданином своих денежных средств и труда в создание или приращение этого имущества. Свидетельских показаний об участии в создании общей долевой собственности недостаточно. Свидетели могут подтвердить только факт участия, но для установления размера участия в создании общей долевой собственности необходимы письменные доказательства, так как от размера участия зависит, какой размер доли в общей долевой собственности должен быть признан за истцом. В отличие от права на совместно нажитое имущество супругов, которое в силу закона признается принадлежащим супругам в равных долях, право на долю, в рассматриваемых нами правоотношениях, может быть установлено в пропорциональном отношении к степени участия в создании общей долевой собственности. Доказательствами размера участия в создании общей долевой собственности могут быть только письменные документы: расписки, товарные чеки, договоры подряда с третьими лицами и т.п.

Однако представления и этих доказательств для признания права собственности недостаточно. Отношения между собственником недвижимости и лицом, участвовавшим в ее приобретении, создании или приращении, регулируются ст. 244, 245 ГК РФ. Из их содержания сложно понять, что именно эти положения закона применяются к рассматриваемой нами категории отношений.

Процитируем тексты статей полностью.

Статья 244 ГК РФ:

1. Имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

2. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

3. Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество.

4. Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона.

Общая собственность на делимое имущество возникает в случаях, предусмотренных законом или договором.

5. По соглашению участников совместной собственности, а при недостижении согласия по решению суда на общее имущество может быть установлена долевая собственность этих лиц.

Статья 245 ГК РФ:

1. Если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными.

2. Соглашением всех участников долевой собственности может быть установлен порядок определения и изменения их долей в зависимости от вклада каждого из них в образование и приращение общего имущества.

3. Участник долевой собственности, осуществивший за свой счет с соблюдением установленного порядка использования общего имущества неотделимые улучшения этого имущества, имеет право на соответствующее увеличение своей доли в праве на общее имущество.

Отделимые улучшения общего имущества, если иное не предусмот­рено соглашением участников долевой собственности, поступают в собственность того из участников, который их произвел.

Суды исходят из смысла этих статей о том, что общая долевая собственность возникает либо в силу закона, либо по соглашению лиц о создании общей долевой собственности.

Поскольку законом не установлена возможность приобретения общей долевой собственности только в силу участия в создании имущества, то для приобретения права необходимо согласие на такое участие в создании имущества, данное лицами, чьи права собственности на недвижимое имущество зарегистрированы.

Возможность признания прав на долю в общей долевой собственности за гражданами, участвовавшими в создании имущества, была предусмотрена и в советском законодательстве. В принципе, соответствующая судебная практика не претерпела изменений.

В п. 4 и 5 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31.07.1981 № 4 указывалось, что индивидуальное жилищное строительство осуществляется в целях обеспечения жилой площадью тех граждан и членов их семьи, которым в установленном порядке предоставлен в бессрочное пользование земельный участок для строительства дома. Поэтому участие посторонних для застройщика лиц в строительстве дома не может служить основанием для признания за ними права собственности на часть построенного дома. Эти лица вправе требовать возмещения собственником дома произведенных ими затрат. В отдельных случаях с учетом всех обстоятельств дела суды могут признать за указанными лицами право собственности на часть дома. При этом необходимо тщательно проверять действительные отношения сторон, устанавливать причины, по которым строительство дома производилось с участием лиц, претендующих на признание за ними права собственности на часть дома, имелась ли между сторонами договоренность о создании общей собственности на дом.

Сам по себе факт содействия застройщику в строительстве дома со стороны членов его семьи или родственников не может являться основанием для удовлетворения их претензий к застройщику о признании права собственности на часть дома.

Прежде чем обратиться к анализу судебной практики, хотелось бы отметить, что решение вопроса о том, имелось ли соглашение о создании общей долевой собственности, находится на полном усмотрении суда, и большинство решений судов по делам данной категории принимаются не в пользу истцов, заявляющих требования о признании за ними прав на долю в чужой собственности.

Что же касается положительных решений судов, то из их содержания не следует с очевидностью, почему в данном конкретном деле доводы и доказательства, представленные истцом, были признаны судом обоснованными, а требования — подлежащими удовлетворению.

Приведем примеры решений судов, которыми истцам в их требованиях о признании прав собственности на долю в недвижимости было отказано.

 

В.В.А. обратился в суд с исковым заявлением к В.Е.В. о признании права собственности на 1/2 долю квартиры, обосновывая исковые требования тем, что спорная квартира была приобретена им в период совместного проживания и ведения общего хозяйства без регистрации брака с В.Е.В. в 2002 г. на его денежные средства, поэтому являлась их общей долевой собственностью. 14.06.2002 он был зарегистрирован в данной квартире, где и проживал до мая 2009 г. Договор купли-продажи квартиры был оформлен на имя В.Е.В. по ее просьбе. Самостоятельно приобрести жилое помещение В.Е.В. не могла, так как ее заработная плата на момент приобретения квартиры составляла не более 1500 руб.

Выслушав объяснения истца В.Е.В., ответчика В.В.А., допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к выводу о том, что в удовлетворении исковых требований В.В.А. следовало отказать по следующим основаниям.

В силу ст. 35 Конституции РФ каждый вправе иметь имущество в собственности. Право частной собственности охраняется законом.

В соответствии с п. 1 ст. 209 и п. 1 ст. 235 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ст. 288 ГК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением. Гражданин — собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи.

В судебном заседании было установлено, что в период с 1999 по 2003 г. В.Е.В. и В.В.А. совместно проживали и вели совместное хозяйство, однако брак между ними зарегистрирован не был.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Статьей 244 ГК РФ определено, что имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество.

Статьей 2 Закона о госрегистрации установлено, что государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним — юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ.

Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Согласно ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в ЕГРП органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Таким образом, спорное жилое помещения являлось собственностью В.Е.В., поскольку было зарегистрировано ею в установленном законом порядке.

В судебном заседании ответчиком В.В.А. в порядке ст. 56 ГПК РФ не было представлено доказательств того, что в период совместного проживания с В.Е.В. с 1999 по 2003 г. между ними заключалось соглашение и была достигнута договоренность о приобретении имущества в общую долевую или совместную собственность.

В.В.А. в судебном заседании указывал, что спорное жилое помещение было приобретено на его денежные средства, ссылаясь на показания свидетеля К.В.Н. При этом ими не были учтены требования действующего гражданского законодательства о необходимости заключения соглашения в простой письменной форме. Статья 60 ГПК РФ определяет, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут быть подтверждены никакими другими доказательствами, поэтому подтверждение заключения соглашения и приобретения имущества на средства ответчика свидетельскими показаниями не допускается.

Доводы В.В.А. о том, что у В.Е.В. отсутствовали необходимые денежные средства для приобретения жилого помещения, поскольку ее заработная плата составляла 1500 руб. в месяц, а В.В.А. работал одновременно на двух работах, суд также не мог принять во внимание, поскольку указанные обстоятельства не свидетельствовали о приобретении квартиры, зарегистрированной на В.Е.В., в общую собственность с ответчиком (решение Вельского районного суда Архангельской области от 08.02.2010).

М. обратился в суд с иском о признании за ним 41/100 долей в праве общей долевой собственности на квартиру в г. Пскове. В обоснование заявленного требования он указал, что по устной договоренности с дочерью П.О. и ее мужем — ответчиком П. было принято решение о приобретении спорной квартиры через ЖСК.

П., будучи членом указанного потребительского ипотечного кооператива, за счет средств истца, личных средств его дочери П.О. и совместно нажитых денежных средств супругов П. и П.О. в феврале 2006 г. приобрел в собственность спорную квартиру, зарегистрировав на себя право собственности на нее.

Вместе с тем истец полагал, что данная квартира поступила в долевую собственность его, ответчика и П.О. в соотношении, пропорциональном их денежным вложениям в недвижимость, в силу п. 4 ст. 218 ГК РФ, согласно которой член жилищного, жилищно-строительного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

Поскольку за счет собственных денежных средств истца была произведена выплата паевых взносов в общей сумме 508 316,4 руб., что составляло 41% от стоимости данной квартиры (1 250 000 руб.), то его доля в праве собственности на квартиру составляла 41/100.

Ответчик заявленные исковые требования не признал.

Судом было принято решение об отказе в удовлетворении иска.

В кассационной жалобе М. поставил вопрос об отмене судебного решения, поскольку суд неверно установил фактические обстоятельства по делу, связанные с механизмом приобретения квартиры, в связи с чем ошибочно не применил материальный закон, подлежавший применению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия нашла решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Тот факт, что истец передавал часть своих денежных средств ответчику и его супруге П.О. (дочери истца), не порождал сам по себе право собственности на недвижимое имущество.

Не нашло подтверждения и то обстоятельство, что между сторонами имелась договоренность о создании общей собственности на спорное имущество. Ответчик такую договоренность категорически отрицал, поясняя, что спорная квартира приобреталась им и супругой в период брака за совместные средства, а родители с обеих сторон помогали денежными средствами, однако приобретением квартиры решался жилищный вопрос только их семьи, сам истец был жильем обеспечен. Допустимых и достоверных доказательств, необходимых для доказывания наличия договоренности о создании общей собственности на недвижимое имущество, истцом предоставлено не было, не были добыты таковые и в судебном заседании (кассационное определение судебной коллегии по гражданским делам Псковского областного суда от 05.02.2008).

 

Х-вы обратились со встречным иском к Х.Э.К. о признании права общей долевой собственности (по 1/5 доле за каждым) на жилой дом и земельный участок. В обоснование иска они указали, что между членами их семьи имелась договоренность о создании общей собственности на жилой дом. Именно в этих целях Х-вы вкладывали свой труд и средства в строительство жилого дома.

Рассмотрев спор по существу, суд удовлетворил иск.

В кассационной жалобе Х.Э.К. не соглашался с решением суда. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав пояснения Х.Э.К., судебная коллегия пришла к следующему.

В ходе рассмотрения дела было установлено, что Х.Э.К. и И.Я. состояли в зарегистрированном браке с 21.01.1995. На основании постановления главы Новомалыклинской сельской администрации И.Я. был предоставлен в собственность земельный участок для строительства жилого дома и ведения подсобного хозяйства.

Удовлетворяя требования Х-вых о признании за ними права общей долевой собственности на спорный дом и земельный участок, суд сослался на то, что между всеми членами семьи Х-вых была достигнута договоренность о создании совместной собственности. Вместе с тем доказательств, на основании которых суд пришел к такому выводу, в решении суда приведено не было.

Исследование судом доказательств свелось к установлению факта участия родителей И.Я. в строительства спорного дома. Однако в соответствии с законодательством сам по себе факт содействия застройщику в строительстве дома со стороны членов его семьи или родственников не может являться основанием для удовлетворения их претензий к застройщику о признании права собственности на часть дома. Суд должен установить наличие договоренности о создании общей собственности на жилой дом.

В данном случае суду следовало установить, чем подтверждалось наличие договоренности между всеми членами семьи Х-вых о создании общей собственности на жилой дом. Для этого необходимо было выяснить, имелась ли необходимость в создании общей собственности на спорное домовладение при наличии у родителей и своего жилья, каким образом предполагалось использовать вновь построенный дом. При рассмотрении дела суд не дал оценки тому факту, что с момента завершения строительства дома (2000 г.) и до момента рассмотрения дела в суде в спорном домовладении проживала семья И.Я. (он, его жена и ребенок).

Таким образом, суд неверно определил юридически значимые для дела обстоятельства. Не все доводы были проверены судом и, соответственно, им не была дана юридическая оценка. С учетом вышеизложенного, выводы, сделанные в решении суда, являлись преждевременными, решение суда нельзя было признать законным и оно подлежало отмене (определение судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 05.08.2008).

28.06.2007 за С.О.В. было зарегистрировано право собственности на квартиру.

Не соглашаясь с регистрацией права собственности на одного С.О.В., С.М.С. обратилась в суд с иском к С.О.В. и С.А.Н. о признании свидетельства о регистрации права собственности и записи в реестре о регистрации права собственности на С.О.В. недействительными, признании за С.М.С. права собственности на указанную квартиру, а также признания договора цессии частично недействительным.

В обоснование исковых требований истица сослалась на то, что 11.10.1998 ее сын С.О.В. зарегистрировал брак с С.А.Н. и стал проживать с ней в однокомнатной квартире, принадлежавшей ей на праве собственности. В сентябре 2005 г. С.М.С. договорилась с сыном о совместной покупке новой двухкомнатной квартиры в строящемся доме. Согласно достигнутой между ними договоренности они (истец и С.О.В.) приобретали право общей долевой собственности на квартиру пропорционально вложенным ими средствам. На тот момент у сына имелись сбережения, нажитые в браке с С.А.Н. в сумме 120 000 руб., которые они намеревались вложить в покупку квартиры. С.М.С., в свою очередь, решила продать принадлежавшую ей на праве собственности квартиру и вырученные от этой сделки 560 000 руб. потратить на приобретение в долевую собственность совместно с С.О.В. двухкомнатной квартиры в строившемся доме. Право требования этой квартиры было уступлено С.О.В. индивидуальному предпринимателю С.Ю.В. по договору цессии за 680 000 руб. Оплата по условиям договора была определена в два этапа: 120 000 руб. должны были быть переданы истицей 0.09.2005, остальные 560 000 руб. — в срок до 30.09.2005. В день заключения договора цессии, 20.09.2005 в связи с резким ухудшением самочувствия С.М.С. не смогла присутствовать при подписании этого договора, поэтому он был подписан со стороны цессионария только С.О.В., и С.М.С. не была указана в этом договоре в качестве стороны. Впоследствии они планировали переоформить документы и привести их в соответствие с достигнутой между ними ранее договоренностью. В зависимости от вложенных средств, 14/17 доли в квартире должны были стать ее собственностью, а 3/17 доли — собственностью ее сына. 21.09.2005 в исполнение обязательств по договору цессии от 20.09.2005 С.О.В. перечислил на счет цедента С.Ю.В. 120 000 руб. 22.09.2005 в счет оплаты по договору купли-продажи принадлежавшей ей квартиры она получила от покупателя С.А.Н. денежные средства в сумме 565 000 руб., 560 000 руб. из которых были переданы по расписке С.О.В. для оплаты оставшейся суммы по договору уступки права требования, которые он перечислил на счет цедента С.Ю.В. 23.09.2005.

03.05.2007 С.О.В. принял квартиру по акту приема-передачи в ОАО «Пензастрой», а 28.06.2007 ему было выдано свидетельство о государственной регистрации права на недвижимое имущество и сделана запись регистрации № 58-58-01/037/2007-808.

В силу достигнутой между С.М.С. и С.О.В. договоренности о совместной покупке двухкомнатной квартиры в апреле 2008 г. истица решила оформить свое право собственности на 14/17 доли в приобретенной квартире документально. Однако бывшая жена ее сына, С.А.Н., брак с которой был расторгнут 14.02.2008, 09.04.2008 обратилась к мировому судье с иском о разделе совместно нажитого имущества, указав в числе имущества, нажитого в браке, спорную квартиру. Одним из исковых требований С.А.Н. было требование о признании за ней права собственности на 2/3 доли вышеуказанной квартиры.

В судебном заседании истец С.М.С. пояснила, что при приобретении спорной квартиры в общую собственность она планировала проживать совместно с семьей сына С.О.В., и на момент рассмотрения дела в суде проживала в спорной квартире.

Ответчик С.О.В. иск признал.

Ответчица С.А.Н. с исковыми требованиями не согласилась, не отрицая, что 560 000 руб. на приобретение спорной квартиры были выручены от продажи квартиры свекрови. С.А.Н. просила учесть, что договоренности с С.О.В. и С.М.С. о приобретении спорной квартиры в общую долевую собственность не было. На покупку квартиры были переданы деньги, вырученные от продажи их с мужем автомашины (60 000 руб.) и 6000 руб. были переданы родителями С.А.Н. Расписка на передачу денежных средств С.М.С. С.О.В. была написана, скорее всего, непосредственно для данного судебного процесса, в то же время она не свидетельствовала о договоренности на приобретение спорной недвижимости в общую собственность.

Суд в удовлетворении исковых требований отказал.

Не соглашаясь с решением суда, С.М.С. в кассационной жалобе просила его отменить как незаконное, постановленное по неправильно определенным юридически значимым обстоятельствам. С.М.С. не соглашалась с выводом суда о том, что она не имела намерения проживать в спорной квартире, поскольку с марта 2007 г. периодически приходила в нее ночевать, время от времени жила в спорной квартире и окончательно туда переехала в январе 2008 г. С.М.С. всегда считала эту квартиру своей собственностью и распоряжалась своими правами по своему усмотрению. Она вкладывала денежные средства в приобретение материалов для ремонта квартиры, оплачивала услуги ремонтной бригады и лично принимала участие в проведении ремонта.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия сочла, что решение суда являлось законным и обоснованным и не нашла оснований для его отмены.

Факт внесения денежных средств на приобретение спорной квартиры по договору цессии подтверждался договором купли-продажи квартиры от 22.09.2005, согласно которому истица продала принадлежавшую ей на праве собственности однокомнатную квартиру за 565 000 руб. Факт передачи денежных средств на покупку спорной квартиры С.О.В. подтверждался распиской, внесением в тот же день (22.09.2005) 560 300 руб. на счет С.О.В., 560 000 руб. из которых 23.09.2005 были перечислены на счет С.Ю.В. по договору цессии. Данные обстоятельства были признаны С.О.В. и не отрицались С.А.Н.

Однако передача денежных средств С.М.С. С.О.В. для оплаты долга по договору цессии, как правильно указал суд, сама по себе не являлась достаточным основанием для возникновения общей долевой собственности на квартиру.

Как указывали истица С.М.С. и ответчик С.В.А., письменного соглашения о приобретении спорной квартиры в общую долевую собственность они не заключали.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В то же время С.М.С. объективных доказательств наличия договоренности с С.О.В. и С.А.Н о приобретении квартиры в общую долевую собственность не представила, С.А.Н. данный факт отрицала.

В подтверждение наличия договоренности о создании общей собственности на спорную квартиру с С.О.В. С.М.С. ссылалась на признание данного обстоятельства С.О.В. Однако С.О.В. являлся лицом, непосредственно заинтересованным в исходе дела, так как в судебном порядке рассматривался спор между ним и С.А.Н. по данной квартире.

Показания свидетелей А.В.С. и А.О.С. о том, что С.М.С. вносила денежные средства в покупку спорной квартиры с целью создания общей собственности с С.О.В. в доли, пропорциональной внесенным денежным средствам, также обоснованно не были приняты судом как доказательство наличия такой договоренности. Об изложенном данным свидетелям было известно со слов заинтересованного лица — С.М.С.; А.В.С. являлся родным братом С.М.С., А.О.С. находился с истицей в дружеских отношениях. Объективно данные показания ничем не подтверждались.

Расписка от 22.09.2005 свидетельствует о передаче С.М.С. С.О.В. денежных средств на покупку двухкомнатной квартиры, а не о договоренности о приобретении спорной квартиры в общую долевую собственность и вложении денежных средств С.М.С. именно с этой целью.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что на момент покупки за спорную квартиру в качестве первоначального взноса были вложены денежные средства, в размере 120 000 руб., снятые со счета С.О.В., т.е. денежные средства из совместного бюджета С.О.В. и С.А.Н. Данные обстоятельства истцом в судебном заседании оспорены не были. Поскольку С.О.В. и С.А.Н. на момент заключения договора цессии спорной квартиры состояли в браке, в силу ст. 34, 35 СК РФ договоренность у С.М.С. о создании общей собственности на спорную квартиру должна была иметь место и с С.А.Н., доказательств чему истица также не представила. С.А.Н. наличие какой-либо договоренности о приобретении квартиры в общую собственность с С.М.С. категорически отрицала.

Отсутствие договоренности о приобретении спорной квартиры в общую долевую собственность было подтверждено объективным ходом событий, а именно, договор цессии (уступки права требования) от 20.09.2005 был оформлен только на С.О.В. Если бы у сторон имелось намерение приобрести спорную квартиру в общую собственность, то договор был бы оформлен на С.О.В. и С.М.С.

С.М.С. указала, что имела намерение постоянно проживать с семьей сына в спорной квартире, поэтому и желала приобрести ее в долевую собственность, на что также указывали свидетели А.В.С. и А.О.С. Однако данные доводы опровергались объективным ходом событий: после проведения ремонта в спорной квартире туда заселились С.О.В. и С.А.Н. с ребенком, С.М.С. за время проживания в квартире С.О.В. с семьей туда не заселялась, что подтверждали свидетели Т.О.Ю., И.В.С. и Н.М.В. и не отрицалось и самой С.М.С.

То обстоятельство, что С.М.С. переехала к сыну в спорную квартиру после выезда оттуда С.А.Н. юридически значимым обстоятельством, позволяющим сделать вывод о наличии договоренности о создании общей долевой собственности на спорную квартиру, не являлось.

Не свидетельствовало о такой договоренности и участие С.М.С. и С.В.А. в ремонте данной квартиры, поскольку оно являлось естественной помощью родителей семье сына.

Поскольку в судебном заседании не нашли подтверждения наличие у С.О.В. и С.А.Н. договоренности с С.М.С. о приобретении спорной квартиры в общую долевую собственность и передача ею денежных средств С.О.В. именно с этой целью, суд правильно пришел к выводу, что исковые требования С.М.С. были необоснованными и не подлежали удовлетворению (кассационное определение судебной коллегии по гражданским делам. Пензенского областного суда от 15.07.2008).

 

В приведенном ниже примере суд, напротив, счел требования истцов обоснованными.

 

Ш.Н.А. и Ш.Г.И. предъявили иск к Д.Е.В. о признании права собственности на часть жилого дома и земельного участка. Свои требования они мотивировали тем, что строительство части спорного жилого дома, в которой они проживали, осуществлялось на их личные средства и средства отца Ш.Н.А. — Ш.А.П. Несмотря на то, что дом и земельный участок были оформлены на Ш.В.П., строился он для проживания двух семей, в том числе и брата Ш.В.П. — Ш.А.П. В 1964 г. Ш.А.П. возвел пристрой для своей семьи, в 1985 г. после вступления в брак Ш.Н.А. на денежные средства его семьи и с помощью отца Ш.А.П. был возведен второй пристрой. Занимаемая ими часть дома была изолирована от доли дома Д.Е.В., имела отдельный вход, значилась в документах как отдельная квартира № 2. Коммунальные услуги ими также оплачивались отдельно. Они участвовали в проведении газового отопления в дом, несли половину расходов при приватизации земельного участка. Поскольку они в течение 15 лет добросовестно, открыто и непрерывно владели долей дома, то в соответствии со ст. 234 ГК РФ рассчитывали на приобретение права на это имущество.

Суд иск удовлетворил.

В кассационной жалобе Д.Е.В. просила решение суда отменить как незаконное и необоснованное.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не нашла оснований к отмене решения суда.

После смерти Ш.В.П. в 2004 г. собственником жилого дома и владельцем земельного участка стала его жена Ш.В.Ф., после ее смерти в 2006 г. — ее дочь, Д.Е.В.

В ходе рассмотрения дела суд установил, что между братьями Ш.В.П. и Ш.А.П. существовала договоренность о создании общей собственности на дом и именно в этих целях Ш.А.П. и его сын Ш.Н.А. вкладывали свои силы и средства в строительство пристроев.

Суд в силу ст. 67 ГПК РФ оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для него заранее установленной силы.

Поэтому необоснованной является ссылка в кассационной жалобе на то, что суд отдал предпочтение свидетельским показаниям со стороны истцов и не принял во внимание письменные доказательства со стороны Д.Е.В., подтверждающие покупку стройматериалов.

Представленные Д.Е.В. документы на покупку Ш.В.П. стройматериалов датированы 1955—1957 гг. и не могли свидетельствовать о расходовании материалов на возведение пристроев в 1964 и 1985 гг.

Напротив, получение Ш.Н.А. ссуды по месту работы и ее погашение в 1986—1988 гг. подтверждало наличие денежных средств для возведения пристроя в 1985 г.

То обстоятельство, что Ш.А.П. и его жена Ш.А.С. получили по месту работы каждый по однокомнатной квартире, не опровергало факта наличия между братьями Ш-ми договоренности о строительстве дома для проживания двух семей и вложении Ш.А.П. и членами его семьи денежных средств в строительство пристроев.

Довод кассационной жалобы о том, что второй выход из дома был оборудован лишь в 2007 г., являлся необоснованным и опровергался материалами дела, из которых следовало, что уже в 1961 г. по данным техпаспорта дом имел два отдельных входа (в дом и в пристрой).

Факт получения ответчицей денежных средств от истцов в связи с проведением водопровода и газового отопления подтверждал признание ею за ними права собственности на долю дома. Утверждение истицы о том, что данные расходы истцы несли как жильцы дома, но не как сособственники, судебная коллегия нашла неубедительным (определение судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 21.10.2008).

 

М. обратилась в суд с иском к М.А. о разделе жилого дома и хозяйственных построек, расположенных на земельном участке. В уточненном исковом требовании истица просила установить право собственности на указанные объекты недвижимого имущества и разделить их, определив равные доли М. и М.А.

Свое требование М. обосновала тем, что с 1989 г. состояла в фактических брачных отношениях с М.А. Выделенный в том же году последнему земельный участок площадью 0,06 га они осваивали вместе. В 1992 г. начали строительство дома и хозяйственных построек. Все вопросы освоения земельного участка и строительства дома обсуждали вместе с ответчиком и с ним была договоренность о создании совместной собственности. Работая в торге г. Чехова руководителем строительного отдела, экспедитором, М. вкладывала средства в строительство дома. 11.07.1993 они с ответчиком вступили в зарегистрированный брак.

Строительство дома и надворных построек было завершено в 1996 г.

На момент рассмотрения дела в суде семейные отношения М. и М.А. были прекращены. Поскольку дом и надворные постройки не были сданы в эксплуатацию, решить отношения по их поводу с ответчиком не представлялось возможным. В связи с этим истица просила судебной защиты своих прав.

Решением мирового судьи судебного участка № 266 Чеховского судебного района от 07.06.2008 было постановлено заявленные М. требования удовлетворить, признать право собственности М. на 1/2 долю жилого дома и хозяйственных построек, расположенных на земельном участке по указанному адресу.

Апелляционным решением Чеховского городского суда от 03.10.2008 в удовлетворении исковых требований М. было отказано.

В надзорной жалобе М. просила об отмене апелляционного решения в связи с допущенными нарушениями норм материального и процессуального права.

В соответствии с п. 1 ст. 218 ГК РФ одним из оснований приобретения права собственности на новую вещь является ее изготовление или создание лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов.

В силу положений ст. 244 ГК РФ общая собственность возникает в случаях, предусмотренных законом или договором.

Пунктом 1 ст. 245 ГК РФ установлено, что если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными.

Пленум Верховного Суда СССР в п. 5 постановления от 31.07.1981 № 4 разъяснил, что сам по себе факт содействия застройщику в строительстве дома со стороны членов его семьи или родственников не может являться основанием для удовлетворения их претензий к застройщику о признании права собственности на часть дома.

Такой иск может быть удовлетворен судом лишь в случаях, когда между этими лицами и застройщиком имелась договоренность о создании общей собственности на жилой дом и именно в этих целях они вкладывали свой труд и средства в строительство жилого дома.

Как следовало из материалов дела и было установлено судебными инстанциями, стороны состояли в фактических брачных отношениях с 1989 г.

Подтверждая факт наличия договоренности о создании совместной собственности в виде жилого дома еще в период нахождения сторон в фактических брачных отношениях, т.е. до регистрации их брака, М. представила суду ряд документов о приобретении строительных материалов, которые были использованы на строительство дома.

Допрошенные в суде первой инстанции свидетели Т., В., Г. и С. подтвердили тот факт, что дом изначально строился супругами М. совместно, при этом М. приобретались различные строительные материалы, которые были использованы при возведении дома и надворных построек.

Данное обстоятельство также подтверждалось показаниями других свидетелей, допрошенных апелляционной инстанцией.

Истица также представила справку о том, что она являлась членом садового товарищества, в котором был расположен спорный участок.

Анализируя и оценивая доказательства в совокупности, с учетом последовательных действий сторон по определению правоотношений как к земельному участку, так и к возведенному объекту, мировой судья пришел к обоснованному выводу о том, что между сторонами была достигнута договоренность о создании совместной собственности. Именно с этой целью истица наравне с ответчиком вкладывала свой труд и средства в строительство дома, в связи с чем мировой судья признал за каждым из них право собственности на 1/2 долю дома и надворных построек.

Отменяя решение мирового судьи и постановляя новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции указал на несостоятельность вывода мирового судьи о том, что между сторонами имелась договоренность о создании совместной собственности, поскольку между последними какое-либо соглашение об этом не заключалось.

Кроме того, суд апелляционной инстанции исходил из того, что фактические семейные отношения, даже продолжавшиеся в течение длительного периода, не могут породить права на совместную собственность на имущество, так как эти правоотношения регулируются нормами не семейного, а гражданского законодательства.

С такими выводами президиум согласиться не мог ввиду их противоречивости и несоответствия требованиям норм материального и процессуального права и установленным мировым судьей обстоятельствам по делу.

Из системного толкования указанных нормативных положений не следует, что в качестве обязательного средства доказывания факта наличия договоренности о создании совместной собственности, в виде дома, между лицами, не состоящими в браке, должно быть подтверждено только письменными доказательствами. Наоборот, из требований закона вытекает, что указанный факт может быть подтвержден любыми предусмотренными законом средствами (абз. 2 ч. 1 ст. 55 ГПК РФ).

Так, выводы мирового судьи о том, что между сторонами имелась договоренность о создании совместной собственности, были основаны на представленных доказательствах и объективной оценке установленных обстоятельств по делу.

Согласно ст. 263 ГК РФ правом возведения зданий и сооружений на земельном участке обладает собственник земельного участка. С его разрешения возможно строительство на нем указанных объектов другими лицами и, если иное не предусмотрено законом или договором, собственник приобретает право собственности на здание, сооружение и иное недвижимое имущество, возведенное или созданное на принадлежащем ему участке.

Поскольку мировым судьей было принято законное и обоснованное решение, президиум нашел, что обжалуемое апелляционное решение подлежало отмене с оставлением решения мирового судьи без изменения (постановление президиума Московского областного суда от 11.03.2009 № 53 по делу № 44г-31/09).

Copyright © 2015. All Rights Reserved.